Несуществующая история «треснутых горшков»

Несуществующая история «треснутых горшков»

Вот как звучит грамотный перевод эпизода из 2-й книги Карлоса Кастанеды «Отдельная реальность», в котором самздатовские переводчики нашли каких-то «треснутых горшков». Специально не приглаживаю художественно, чтобы было четко понятно о чем речь:

— Я тебе говорил, только безрассудный* возьмет на себя задачу стать человеком знания по собственному согласию. Человек с трезвой головой должен быть вовлечен трюком.
— Я уверен, найдется масса людей, которые с удовольствием возьмутся за эту задачу, — сказал я.
— Да, но эти не в счет. Они обычно надломлены**. Как бутыли из тыквы, которые выглядят в порядке, но дадут течь в ту же минуту стоит надавить, как только наполнил их водой.

Примечания:

*Жаргонный перевод: «чокнутый», но не в значении «душевнобольной», а скорее по типу: смотрите, что этот чокнутый вытворяет! Художественный перевод: «глупец», но не в смысле буквально глупый человек, а не понимающий за что он взялся, нечто вроде: бегите, глупцы!

**В переносном смысле: «с трещиной», как человек внутри сломленный или с изъяном, который он будет как-то компенсировать (вероятно, с помощью одной из форм эгомании).

Ключевые моменты для дополнительного размышления:

— по собственному согласию: значит что человек даст согласие добровольно на выполнение такой задачи. Здесь речь не о собственном желании стать человеком знания (я вот захотел), а дать согласие им стать (учителю). На такое способны редкие люди, поэтому они и граничат со странным исключением.

— человек с трезвой головой: тот, который не возьмется за такую задачу, потому что рассудочность ему обоснует сложность, нереальность или вздорность такой задачи. Это случай Кастанеды, который имел трезвую задачу получить степень доктора, а не взвалить на себя бремя нового нагваля и т.д. Это самая лучшая категория, потому что это люди нормы и пригодны для задачи, но их жизненный уклад и разум не видят смысла в ней.

— масса людей … с удовольствием: то есть большинство, которые захотят взять на себя задачу, потому что считают по каким-то своим причинам эту задачу приятной и им по плечу. И самое главное: это как раз те, кто хочет принять задачу или дать свое согласие (учителю) на собственных условиях. Это и является их трещиной — собственные правила и желания от которых они наверняка не откажутся, потому что привыкли так компенсировать свой внутренний надлом.

— обычно: то есть — это не правило, а тенденция для большинства. Вот той массы людей, которая с удовольствием возьмется за задачу стать человеком знания, вместо того, чтобы сначала трезво поразмыслить или безрассудно за нее схватиться.

И теперь суть: данный фрагмент относится к пояснению о завлечении в линию дона Хуана. То есть речь о закрытой традиции, о том, как в нее осуществляется отбор. Разговор не об обычных людях, не о нас с вами, и поэтому данный фрагмент совершенно не несет того смысла, который в него вкладывают. Это про Кастанеду и условия в которых он оказался.

В упрощенной уже трактовке спроецированной на наш мир, фрагмент несет такой смысл для 3-х категорий людей:

Традиция не для «больных на голову» (включая, действительно психически не здоровых людей, почему не всем это понятно по умолчанию) и не для тех, кто готов идти по пути практики только на своих условиях. А для тех, кто трезво мыслит и осмысленно подходит к таим вещам, трюком же являются сами книги, которые, кроме всего прочего, начали свой путь из мира науки.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *